Преодоление Капитала: Гл. I. Взгляд Карла Маркса на необходимый и прибавочный труд
Капитал – сложная, многоплановая сущность. В глубине, в самом своем основании капитал – это овеществленный труд, предметно воплощенная общественная сила и богатство, меновая стоимость.
Но это не застывшая, равная самой себе, а подвижная, самовозрастающая стоимость, накопление которой осуществляется путем присоединения к уже воплощенному капитальному богатству живого
прибавочного труда. Капитал – это осуществление отношения найма рабочей силы как специфически капиталистической формы отношения необходимого и прибавочного труда.
Это присвоение (вместе с продуктом) труда наемного рабочего его нанимателем – олицетворением и носителем капитала, собственником средства производства. Как совокупность соответствующих ему общественных отношений капитал – это частная собственность на средства производства.
Центральное место в этом триединстве капитала занимает отношение необходимого и прибавочного труда (отношение найма рабочей силы). Именно в нем овеществленный труд, меновая стоимость, превращается в капитальную стоимость, вложения средств в производство превращаются в капиталовложения, средства производства – в капитал. Только в силу этого отношения стоимость и существует как самовозрастающая сущность, как капитал. Отношение необходимого и прибавочного труда – это существенное отношение капитала.
Сохранение на протяжении какого–то времени после революции эквивалентного обмена К.Маркс считал неизбежным, но что касается отношения необходимого и прибавочного труда, то ничего по поводу его сохранения в коммунистическом обществе мы у К.Маркса не найдем. Напротив, по его словам, «целью (коммунистического переворота) является уничтожение самого отношения так, чтобы прибавочный продукт сам выступал в качестве необходимого продукта (выделено мной. – А.М.)». Это чрезвычайно важный момент. В нем надо разобраться, как следует. «Если, – писал далее К.Маркс, – свести заработную плату к ее общей основе, то есть к той части продукта собственного труда, которая входит в индивидуальное потребление рабочего; если освободить эту долю от капиталистических ограничений и расширить ее до того объема потребления, который, с одной стороны, допускается наличной производительной силой общества (то есть общественной производительной силой собственного труда рабочего, как действительного общественного труда) и которого, с другой стороны, требует полное развитие индивидуальности; если, далее, свести прибавочный труд и прибавочный продукт к той мере, которая при условиях производства в данном обществе необходима для образования страхового и резервного фонда и для непрерывного расширения производства в степени, определяемой общественными потребностями. Если, наконец, включить в № 1 необходимый труд и в № 2 прибавочный труд, то количество труда, который работоспособные члены общества должны затрачивать в пользу еще или уже неработоспособных его членов, то есть если снять с заработной платы, как и с прибавочной стоимости, с необходимого труда, как и с прибавочного, специфически капиталистический характер, то останутся уже не эти формы, но лишь их основы, общие всем общественным способам производства»[46].
Иными словами, если изменить способ количественного определения необходимого и прибавочного труда, то от этих экономических форм останутся только названия для обозначения той части труда, которая предназначена для индивидуального потребления отдельных работников, и той его части, которая необходима для удовлетворения общественных потребностей, выходящих за рамки этого потребления.
На такие две части труд делился всегда, и будет делиться до тех пор, пока рабочее время остается мерой богатства. Но способ его деления на эти две части изменяется, составляя важнейшую сторону способа общественного воспроизводства.
В приведенной выдержке из «Капитала» К.Маркс «снимает» с необходимого и прибавочного труда их «специфически капиталистический характер» и вкладывает в эти выражения новый смысл, в соответствии с которым мерой прибавочного труда становятся все те необходимые общественные потребности, которые выходят за рамки индивидуального потребления отдельных работников.
При таком понимании прибавочного труда его мера определяет и меру необходимого труда, который в этом случае не может быть ничем иным, кроме остатка труда после вычета определенной его части для удовлетворения необходимых общественных потребностей.
Этим, по сути дела, из выражений «необходимый труд» и «прибавочный труд» удаляются понятия необходимого и прибавочного труда и вкладываются в них понятия того, что мы здесь рассматриваем как оплату по труду и вычеты труда в общественные фонды.
Экономические формы оплаты по труду и вычетов труда в общественные фонды можно назвать необходимым и прибавочным трудом, их можно подвести под словесные обозначения необходимого и прибавочного труда, но они от этого экономическими формами необходимого и прибавочного труда в их специфически капиталистическом смысле, конечно, не станут. Точно так же экономические формы необходимого и прибавочного труда не станут оплатой по труду и вычетами труда в общественные фонды от их подведения под эти выражения.
Кстати, в приведенной выдержке К.Маркс как раз подводит коммунистические (социалистические) формы разделения труда под
названия необходимого и прибавочного труда, совершенно ясно указывая, что это и есть именно подведение новых форм под старые выражения.
Страницей раньше он замечает, что такое подведение не имеющих отношения к капиталу экономических форм[47] под капиталистические формы дохода «упрочивает иллюзии» по поводу «само собой разумеющегося» деления стоимости, вновь созданной живым трудом, на заработную плату, прибыль и земельную ренту[48].
Учитывая сказанное легко понять смысл и значение тех оговорок, которыми К.Маркс сопровождает упоминание о необходимом и прибавочном труде в условиях общественной собственности на средства производства.
Пользуясь старыми терминами передать содержание новых экономических отношений чрезвычайно трудно. Это объективная трудность самого языка. Он не может точно и лаконично обозначить те формы, выразить те отношения, которых еще нет в действительности. В нем отсутствуют необходимые для этого выражения, пока жизнь их еще не дала.
Потому Марксу и приходится, говоря о распределении в условиях общественной собственности на средства производства, называть ту часть труда, которая с необходимостью потребляется в обществе
(в виде продуктов труда) вне рамок индивидуального потребления отдельных работников, прибавочным трудом, разъясняя, что речь идет, собственно говоря, не о прибавочном труде в его капиталистическом понимании, что прибавочный труд в этом смысле в каждом случае определен мерой необходимых общественных потребностей, и потому он необходимый труд и для всего общества, и для каждого работника.
Или же этот труд приходится называть вычетами труда в общественные фонды, разъясняя, что это за вычеты, в чем состоит их необходимость и как они производятся.
Точно так же пропорциональную часть труда, которая возвращается к работнику в виде жизненных средств (в обмен на некий знак труда), приходится называть либо необходимым трудом, разъясняя, что это, собственно говоря, не необходимый труд в его прежнем понимании, не заработная плата, а нечто качественно совершенно иное – право работника на потребление, пропорциональное его труду.
Можно, конечно, эту часть труда назвать «оплатой по труду», но при этом приходится уточнять, что оплаты как таковой здесь нет, что в слово «оплата» вкладывается отличный от общепринятого смысл, что «оплата» в данном случае означает не момент обмена, а участие работника в общественном потреблении, пропорциональное его труду.
Наиболее близкие к этому выражения в словаре В.И.Даля – заработок, заробок – «мзда, заделье, выручка за труды» или же «заработный, следующий в уплату за работу, заслуженный, задельный»[49] могут означать и оплату по труду, например, в артели, и заработную плату наемного рабочего, Эти экономические формы существовали тогда одна рядом с другой, взаимно переплетаясь. Например, к работе артели, кроме ее полноправных членов могли привлекаться за определенную плату и наемные работники, о чем можно прочесть в том же описании рыболовецкой артели у П.И.Якушкина, отрывки из которого приводились выше[50], а сама артель со всеми ее внутренними отношениями могла выступать как объект группового найма. Вероятно, в силу этого ко времени составления словаря В.И.Даля живой русский язык различия этих двух форм не отражал. По всей видимости, ко времени К.Маркса не давал такого различия и немецкий язык. Это тем более вероятно, что в Германии к XIX веку общинные и связанные с ними артельные отношения, как норма, давно ушли в прошлое.
Неизбежная языковая трудность выделения новых понятий определяет и сложность их восприятия, объективно затрудняет понимание смысла изложения. В связи с этим необходимо еще раз подчеркнуть, что ни в одном из произведений К.Маркса не найти механического переноса экономических форм и экономического отношения необходимого и прибавочного труда из капиталистического общества в коммунистическое. Применительно к условиям общественной собственности на средства производства К.Маркс под названием необходимого и прибавочного труда описывал или упоминал, с соответствующими оговорками, те же экономические формы, которые в «Критике Готской программы» он назвал вычетами труда отдельных работников в общественные фонды и «правом производителей» на жизненные средства, пропорциональным их труду.
Обозначив эти формы как оплату по труду и вычеты труда в общественные фонды, а отношение этих форм как отношение пропорционального разделения труда (его результатов) мы лишь получаем возможность избежать недоразумений, возникающих из смешивания отношения свободно ассоциированного труда с существенным отношением капитала, получаем возможность их сопоставить и убедиться в принципиальной противоположности этих двух отношений.
|